55 >

внезапно и заснула в ночь их первой встречи. Долго еще после того, как она
объявила: "Бай-бай, До!"  (и  при  этом  тоже  полагалось  смеяться),  она
продолжала свой монолог.
   Часа в три ночи До проснулась, услышав плач. Подбежав  к  кровати,  она
увидела, что Ми спит с мокрым от слез лицом, сжав кулаки и скинув  с  себя
одеяло. До погасила свет, укрыла Ми и вернулась на свой диван.
   Назавтра  вечером  у  Ми  был  "кое-кто".  Позвонив  по   телефону   из
"Дюпон-Латена",  До  имела  возможность  услышать,  как   этот   "кое-кто"
вопрошает, где его сигареты. Ми отвечала: "На  столе,  прямо  перед  твоим
носом".
   - Я тебя сегодня не увижу? - спросила До. - Кто он? Ты с ним уходишь? А
потом мне нельзя будет тебя увидеть? Я могу  подождать.  Могу  расчесывать
твои волосы щеткой. Могу делать все что угодно.
   - Ты меня мучаешь, - ответила Ми.
   В час ночи Ми постучала в дверь номера До в гостинице "Виктория".  Она,
должно быть, много выпила, потому что курила и тараторила  без  передышки.
Была грустна. До раздела ее, дала ей свою пижаму, уложила на свою  кровать
и, пока не зазвонил будильник, не смыкая глаз баюкала Ми в своих объятиях,
прислушиваясь к ее ровному дыханию и повторяя себе: "Теперь  это  не  сон,
она со мной, она моя; расставшись с ней, я унесу ее с собой, я стала ею".
   - А тебе обязательно нужно туда идти? - спросила Ми, приоткрыв глаза. -
Ложись. Я включаю тебя в "Главную книгу".
   - Куда-куда?
   - В расходную ведомость крестной. Ложись. Я плачу за все.
   До уже оделась, собираясь уходить. Она ответила, что это чушь,  она  не
игрушка: хочу поиграю, хочу брошу. Банк платит ей жалованье, выдается  оно
ей каждый месяц, она на это жалованье и живет. Ми в ярости  села,  лицо  у
нее было свежее, отдохнувшее, глаза ясные.
   - Ты говоришь точь-в-точь как один мой знакомый. Если  я  сказала,  что
заплачу, значит, заплачу. Сколько тебе платит твой банк?
   - Шестьдесят пять тысяч в месяц.
   - Оклад повышен, - сказала Ми. - Ложись, иначе получишь расчет.
   До сняла пальто, поставила варить кофе и  посмотрела  в  окно  на  свое
солнце Аустерлица, которое еще не было в зените. Подавая Ми чашку  кофе  в
постель, она знала, что с этого утра ее восхождение будет  продолжаться  и
отныне  все,  что  она  сделает  или  скажет,  когда-нибудь   может   быть
использовано против нее.
   - Ты премилая игрушка, - сказала Ми. - Кофе у тебя  вкусный.  Давно  ты
здесь живешь?
   - Несколько месяцев.
   - Собирай вещи.
   - Ми, постарайся понять! То, что ты предлагаешь сделать, - не шутки.

Следующая

55 >