Себастьен Жапризо. Ловушка для Золушки - УБЬЮ
62 >
промахнулась. Затем Мики сделала два шага, крикнув что-то по-итальянски, вероятно ругательство, схватила с камина вазу - прелестную голубую вазу, довольно увесистую - и тоже бросила в голову золотоволосой великанши. Та осталась невредима, хотя даже не шелохнулась. Ваза разбилась вдребезги о стену. Жанна обогнула стол, большими шагами подошла к Мики, взяла ее одной рукой за подбородок, а другой влепила ей пощечину. Потом, надевая пальто, она сказала, что ночует на улице Курсель, а завтра в двенадцать вылетает и взяла билет на самолет и для Мики. В дверях она добавила, что Рафферми при смерти. В распоряжении Мики десять дней, если она хочет повидать крестную. Как только Жанна ушла, Мики упала в кресло и разрыдалась. До позвонила у подъезда особняка на улице Курсель, когда, по ее расчету. Ми с Франсуа уже входили в театр. Жанна Мюрно не очень удивилась ее появлению. Сняв с До пальто, она повесила его на ручку двери. Повсюду в доме стояли стремянки, ведра с краской, валялись вороха содранных обоев. - У нее все-таки есть вкус, - сказала Мюрно. - Здесь будет очень красиво. От запаха краски у меня делается мигрень, а у вас? Пойдемте на второй этаж, там более или менее сносно. Наверху, в спальне, которую уже обставили кое-какой мебелью, они уселись рядом на кровати. - Кто будет говорить первой, вы или я? - спросила Жанна. - Говорите вы. - Мне тридцать пять лет. Семь лет назад мне отдали в руки эту окаянную девчонку. Не скажу, чтобы я гордилась тем, что из нее вышло, но и тогда, когда я ее получила, гордиться было нечем. Вы родились четвертого июля тысяча девятьсот тридцать девятого года. Служили в банке. Восемнадцатого февраля нынешнего года вы посмотрели на Мики своими большими кроткими глазами, после чего переменили профессию. Теперь вы на должности куклы, которая не моргнув глазом принимает тумаки и поцелуи. Вам легко прикидываться этакой душкой, вы оказались более миловидной, но не менее прилипчивой, чем я думала. У вас на уме есть одна мыслишка, а у кукол обычно мыслей не бывает. - Я не понимаю, о чем вы. - Тогда дайте сказать. У вас на уме мыслишка, старая как мир. Впрочем, это даже не мысль, а так, что-то смутное, неопределенное, какой-то внутренний зуд. Многие испытали это до вас, в частности и я, но куда нам до вас, вы гораздо глупей и решительней. Мне хочется, чтобы вы поняли меня сразу: беспокоит меня не сама мыслишка, а то, как бы вы не стали носить ее