69 >

Мики. Однако любое слово, сказанное  нами,  приобретало  двойной  смысл  и
вызывало в моем воображении картины гораздо более мучительные,  чем  любые
фильмы.
   Жанна одела меня, покормила, посетовала, что должна оставить меня  часа
на два одну - ей надо ехать к Франсуа Шансу,  заглаживать  впечатление  от
наделанных мною вчера глупостей.
   Всю вторую половину дня я томилась, пересаживалась из кресла в  кресло,
гляделась  в  зеркало,   снимала   перчатки,   разглядывала   свои   руки.
Подавленная, я с ужасом наблюдала чужака, поселившегося во мне  и  бывшего
для меня ничем, пустым звуком, смутным образом.
   Больше, чем  совершенное  мною  преступление,  тревожило  меня  другое:
ощущение, что я становлюсь  кем-то  иным.  Я  превращалась  в  игрушку,  в
марионетку в руках трех  незнакомок.  Которая  из  них  перетянет  к  себе
управляющие мною нити? Завистливая  банковская  служащая,  терпеливая  как
паук? Мертвая принцесса, что когда-нибудь  непременно  снова  взглянет  на
меня из зеркала, раз я задумала стать ею? Или  рослая  молодая  женщина  с
золотистыми волосами, которая издали неделями подводила меня к убийству?
   Когда крестная Мидоля умерла, рассказывала Жанна,  Мики  и  слышать  не
хотела о поездке  во  Флоренцию.  Похороны  состоялись  без  нее;  близким
синьоры Рафферми даже не потрудились объяснить ее отсутствие.
   В тот вечер, когда Мики узнала о смерти крестной, она решила кутнуть  в
компании Франсуа и других своих друзей. Я была  с  ними.  Мики  захмелела,
стала  буянить  в  кабачке  неподалеку  от   площади   Звезды,   оскорбила
выпроваживавших нас полицейских, хотела вернуться домой не с Франсуа, а  с
другим парнем. Заупрямилась, и Франсуа ушел восвояси.
   В конце концов час спустя был выдворен за дверь и его преемник,  а  мне
пришлось баюкать Мики до полуночи. Она плакала, вспоминала покойную  мать,
детство, говорила, что Жанна перестала для нее существовать,  что  она  не
желает больше слышать ни о ней, ни о ком другом, когда-нибудь и  я  увижу,
"что это такое". А в заключение - приняла снотворное.
   Несколько дней она была предметом всеобщего внимания. Ей соболезновали,
приглашали в гости. Мики вела себя  образцово,  как  достойная  наследница
миллиардов Рафферми.
   На улицу Курсель она приехала до окончания ремонта, в  ту  часть  дома,
где уже можно было кое-как устроиться.
   Однажды днем, когда  я  была  одна  в  нашем  новом  доме,  я  получила
телеграмму от Жанны.  Телеграмма  содержала  только  ее  фамилию  и  номер

Следующая

69 >