9 >

жить. Жорж Изоля, мой отец. Флоренция, Рим, Неаполь,  Лек,  мыс  Кадэ.  Но
тщетно я их твердила: потом я узнала  от  доктора  Дулена,  что  билась  о
глухую стену.
   - Я же просил вас, мумия: лежите смирно. Если имя вашего отца вам ни  о
чем не говорит, выходит, вы забыли отца вместе со  всем  прочим.  Это  еще
ничего не значит, что вы не помните его имя.
   - Но ведь, когда я произношу: "река", "лисица", то знаю, о чем  говорю.
А разве я после случившегося видела реку, лисицу?
   - Слушайте, цыпушка, когда вы встанете на ноги, у нас с вами  обо  всем
этом будет длинный разговор, обещаю вам! А сейчас мне бы  хотелось,  чтобы
вы  были  умницей.  Но  одно  вам  надо  усвоить:  вы  замкнуты  в   рамки
определенного, изученного, я бы даже сказал - нормального процесса. Каждое
утро мне приходится видеть с десяток стариков, которые не  разбивали  себе
голову, однако испытывают почти  в  точности  то  же  самое.  Пяти  -  или
шестилетний возраст - таков примерно предел их  памяти.  Они  помнят  свою
школьную учительницу, а вот собственных детей или внуков  -  нет.  Это  не
мешает им перебрасываться в картишки. Они забыли  почти  что  все,  а  вот
карточные ходы или как скрутить цигарку - помнят. Так-то.  Вы  задали  нам
хлопот своей амнезией старческого  характера.  Будь  вам  сто  лет,  я  бы
сказал: "Желаю здравствовать", - и  сбросил  бы  вас  со  счетов.  Но  вам
двадцать. Поэтому нет и одного шанса на миллион, что вы останетесь  такой,
как сейчас. Поняли?
   - Когда мне можно будет увидеть отца?
   - Скоро. Через несколько дней с вашего лица  снимут  это  средневековое
украшение. А там посмотрим.
   - Я бы хотела знать, что со мной такое было.
   - Немного погодя, мумия. Есть  вещи,  в  которых  я  хочу  быть  вполне
уверен, а если я слишком долго буду сидеть  у  вас,  вы  устанете.  Ну-ка,
номер вашей машины?
   - 66-43-13. ТТХ.
   - Вы нарочно называете номер в обратном порядке?
   - Да, нарочно! Хватит с меня! Я хочу двигать руками! Хочу увидеть отца!
Хочу выбраться отсюда! Вы изо дня в день заставляете меня повторять всякую
чушь! Хватит!
   - Смирно, мумия.
   - Не называйте меня так!
   - Прошу вас, успокойтесь!
   Я подняла руку - огромный гипсовый кулак. В этот вечер со мной было то,
что врачи назвали припадком. Пришла сиделка. Мне снова  привязали  руки  к
кровати. Доктор Дулен стоял передо мной у стены, пристально глядя на  меня
злым, полным обиды взглядом.
   Я бешено выла, не ведая, на кого я бешусь, на него  или  на  себя.  Мне

Следующая

9 >