21 >

чувствовался южный акцент.
   - Гароди, на верхней полке, слева.
   Он не знал. Полка не была занята.
   Инспектор произнес: "вот как", все билеты были проверены  контролерами,
и полка, согласно акту осмотра купе, который лежит у него  перед  глазами,
была действительно занята.
   Рене Кабур ответил, что его неправильно  поняли,  он  просто  не  видел
пассажира, место не было занято, когда он поднялся на свою полку.
   - В котором это было часу? Это было глупо. Он, не колеблясь, солгал.
   - Одиннадцать или четверть  двенадцатого,  не  помню.  Потом  я  слышал
какой-то голос. Сон у меня чуткий, я плохо спал.
   - Вы слышали голос человека, занимавшего соседнюю полку, Гароди. Я  вас
правильно понял?
   - Да, это так. В общем, я полагаю, это был ее голос. Она, должно  быть,
говорила с девушкой, лежавшей на полке под ней.  Я  думаю  даже,  что  она
свесилась со своего места, и они довольно долго болтали.
   - Почему вы говорите "она"?
   - Потому что, как я полагаю, это была женщина.
   - Что позволяет вам так думать?
   - Это был высокий голос, не похожий на  голос  мужчины.  И  потом,  это
трудно объяснить, я сплю очень чутко, я чувствовал, как она поворачивалась
на своей полке. Это была женщина.
   - Вы хотите сказать, что судите по звукам, которые до вас доносились?
   - Да, это так.
   Теперь инспектор заговорил о жертве. Рене Кабура  снова  мучила  жажда.
Ему захотелось открыть дверь кабины, где ему стало трудно дышать.  Рубашка
его прилипла к спине, и капли пота стекали с висков и подбородка.
   Он немного поболтал с Жоржеттой Тома в коридоре вагона.
   Она сказала ему только, что демонстрирует товары. Но  имени  своего  не
назвала. Да, сказала еще, что провела четыре дня в Марселе. Это ее  третья
поездка туда в этом году. Нет, она казалась совершенно спокойной, в ней не
чувствовалось никакой напряженности.
   Утром, когда он вышел в коридор, она еще находилась в купе.
   Они все еще были там. Нет, действительно, Гароди там не было.
   Он сказал так, потому что не видел ее и в его представлении она как  бы
не была связана с их купе.
   - Вот так! Он назвал номер своего дома на улице Синор, номер служебного
телефона, пообещал быть  завтра  точно  в  десять  на  набережной  Орфевр.
Комната 303, четвертый этаж.
   Голос диктора поблагодарил и умолк, послышался щелчок, но Рене Кабур не
испытал облегчения.
   Открывая дверь кабины, он прочел еще одну  надпись  на  стене,  секунду
постоял неподвижно, чувствуя приток свежего воздуха.

Следующая

21 >