69 >

на своей полке и последним  проснулся.  Он  ничего  не  видел,  ничего  не
слышал.
   Голос Тино Росси за спиной Грацци заметил, что в купе  все-таки  что-то
произошло, и тот, кто дал себе труд  дождаться,  пока  шофер  вернется  из
кинотеатра, вряд ли собирался покарать его за то, что он спал.
   - Как бы то ни было, он ничего такого  не  смог  вспомнить.  У  убийцы,
возможно, память оказалась лучше, чем у него.
   Зазвонил внутренний  телефон.  Таркен  взял  трубку,  покачал  головой,
повторил несколько раз:  да,  да  спасибо,  старина,  и,  повесив  трубку,
сказал, что Грацци повезло, след все-таки остался: револьвер.
   Ротру категоричен. Это "Смит-и-Вессон", выпущен недавно, пули надпилены
человеком, который разбирается в оружии, револьвер был с  глушителем.  Да,
цыплятки мои, с глушителем. Ротру утверждает, что глушитель в форме груши,
а не цилиндра, он говорит, что мог бы нарисовать этот глушитель.
   Грацци, до того не  выносивший,  когда  его  шеф  произносил  некоторые
слова,  например,  "категоричен",  что  становился  даже   несправедливым,
заметил, что Ротру не раз уже, поглядев на кусочек свинца, угадывал чей-то
цвет глаз, а потом оказывалось, что все это совсем  не  так.  Так  что  не
смешите меня с его рисунками.
   Но Грацци явно было не до смеха, его голубые глаза были  устремлены  на
Таркена, который уперся взглядом в  его  галстук;  вдруг  шеф  вскочил  со
своего стула, да так  резко,  что,  казалось,  вот-вот  проглотит  и  свой
окурок, и Грацци вместе с ним. Но он ничего не  сказал.  Тыльной  стороной
ладони сдвинул шляпу на затылок и отвернулся к окну.
   Глядя ему в спину, куда-то между лопаток, Грацци выпалил,  не  переводя
дыхания, громко и четко, что им все-таки не следует мешкать,  потому  что,
если уж вы хотите знать мое мнение, этого Кабура  так  до  сих  пор  и  не
нашли, а ведь он очень торопился, когда выходил из дому, даже не  выключил
лампу над умывальником, и если мы будем долго раскачиваться, он успеет еще
пострелять по  мишеням.  Помолчав  с  минуту,  он  добавил,  что  водитель
грузовика оставил жену и троих детей.
   - Подумать только, - отозвался Таркен.
   Он продолжал неподвижно стоять у окна, и  со  спины  он  выглядел  куда
лучше, почти человечным в своем толстом пальто, у которого  еще  несколько
дней назад распоролся один из швов.  Он,  вероятно,  думал:  нет,  это  не
Кабур, тут действовал настоящий профессионал, и главное, конечно, то,  что
произошло в поезде; если я сумею  разослать  десяток  парней  к  оружейным

Следующая

69 >