Себастьен Жапризо. Купе смертников (Смерть в купе) - МЕСТО 221
78 >
Он взял со стола листок бумаги. Жоржетта Тома якобы сказала: "Да нет, у меня все в порядке. Не обращай внимания. И потом, я не совсем уверена". Они поднимались в ее номер и, проходя мимо Сандры Леи, замолчали. Служанка говорит, что эта сцена показалась ей странной, потому что Жоржетта Тома не только не поздоровалась с ней, но как бы даже не заметила ее. Она утверждает, что обычно красотка говорила ей что-нибудь приятное. - Что же она подумала? - Она хорошо запомнила: "Я не совсем уверена". Она убеждена, что это точные слова. Она решила, что красотка беременна и это ее мало радует. - Ерунда. Судебно-медицинская экспертиза обнаружила бы... - Но сама красотка могла заподозрить такое. Кто знает? Во всяком случае, в Марселе тотчас же послали к стюарду. Через несколько минут они должны сюда позвонить. Таркен тоже решил, что все это глупости, но Жоржетта вполне могла ошибиться и подумать, что забеременела. Таркен сидел за своим столом в пиджаке, в шляпе, и перед ним лежала целая гора папок из отделов криминалистики и информации, где имелись сведения обо всех случаях кражи и исчезновения револьверов. Он перехватил взгляд Грацци и сказал: нечего ломать себе голову, я человек разумный, я затребовал это еще утром и сейчас как раз просматриваю. Он добавил, что и сам потрясен тем, сколько оружия исчезает и переходит из рук в руки. - Тащат оружие даже у нас, просто невероятно. В феврале забрали одного жулика, он стащил "пушку" у регулировщика из комиссариата Сен-Сюльпис, когда тот возвращался домой. К счастью, револьвер не был заряжен, а то бы он всадил ему в башку его же собственную пулю, а так ограничился ударом свинцовой трубки. Он похлопал ладонью по лежавшим перед ним папкам и сказал, что эти штуковины многому могут научить, просто с ума сойти, ну, а ты откуда пришел? Грацци опустился в кресло напротив него, расстегнул пальто и рассказал о встрече с Эриком Гранденом. - Эти ребята тоже многому могут научить, - заметил Таркен. - Надо бы тебе как-нибудь в субботу пообедать с моим оболтусом. Уж скоро двадцать два, а ума не больше, чем в тот день, когда я впервые сказал ему "гули-гули" в родильном доме Сент-Антуана. Желаю тебе от души, чтобы твой сын тебя радовал. - Мы тоже были такими, - отозвался Грацци. - Ты шутишь? Ты мог позволить себе курить одну за другой такие дорогие сигареты? Тебе тоже не давали покоя живопись или ферма в Австралии? Ты бы