91 >

в туалете тоже кто-то был, и она вернулась. В "гармошке",  где  пол  ходил
ходуном у нее под ногами, как в аттракционе на ярмарке, ей пришлось, чтобы
сохранить равновесие, обеими руками держаться за стены,  и  она  испачкала
пальцы.
   Она подождала еще немного.  Она  слышала,  как  контролеры  по  очереди
входят в другие купе: "Простите,  дамы-господа...".  В  конце  концов  она
подергала дверь за ручку, как это делают в школе, когда ждать невмоготу, а
туалет никак не освобождают.
   Внезапно дверь отворилась, и стоило ей увидеть  его  испуганные  глаза,
его затравленный вид, как она сразу все поняла. И  впрямь,  как  в  школе,
когда она еще не сдала экзамен на бакалавра, она как бы вернулась  на  три
или четыре года назад: лагерь преподавателей и лагерь  учеников,  секреты,
фискальство, страх перед надзирателями.
   - Что вам надо? Он вскинулся, как маленький задорный  петушок,  увидев,
что это не контролеры (надзиратели). Она ответила:
   - Всего лишь сделать пи-пи! Это был тот самый мальчишка, который порвал
ей чулок, у него были светлые волосы  и  совершенно  растерянный  вид,  он
прошептал чуть ли не плача:
   - Не стойте здесь. Уходите. У меня нет билета.
   - Нет билета?
   - Нет.
   - И поэтому вы там заперлись? Чего вы этим добьетесь?
   - Не говорите так громко.
   - А я и не говорю громко.
   - Нет, вы говорите громко.
   Тут они оба услышали шаги контролеров  (голоса  надзирателей),  которые
вошли в последнее купе вагона, всего шагах в  десяти  от  них.  "Простите,
дамы-господа..."
   И тогда он схватил ее за руку, это был его первый решительный жест.  Он
сделал это так резко, что она чуть не вскрикнула. Он втянул ее в туалет. И
запер дверь.
   - Что вы делаете? Выпустите меня! Он зажал ей  рот  рукой,  совсем  как
Роберт Тейлор Деборе Керр на немецком корабле в фильме, который она видела
в Авиньоне месяца два назад,  но  у  Роберта  Тейлора  были  усы,  он  был
черноволосым и мужественным, тогда как этот мальчишка умолял ее, глядя  на
нее глазами испуганного ребенка.
   - Не разговаривайте, умоляю вас,  помолчите!  Они  стояли  рядом  перед
запертой дверью. Она хорошо видела себя в большом зеркале над умывальником
и думала: "Такое могло  случиться  только  со  мной,  если  бы  мама  меня
увидела, она бы упала в обморок".
   Он сказал очень тихо, бесцветным  голосом,  лишенным  всякого  акцента,
голосом воспитанника отцов иезуитов, что хотел было переждать на подножке,
но в коридоре соседнего вагона стоит какой-то подозрительный тип,  к  тому

Следующая

91 >